Union на сцене

Однако, после окончания тура группу покинул Bill Bruford, душа которого всегда больше лежала к немного другой музыке, той, которую он имел счастье играть в King Crimson и только к ней он мог бы вернуться "на постоянной основе", к тому же у него с 86 года стартовал собственный джаз-роковый проект Earthworks, чье бытие так же нужно было поддерживать свежими работами. Почти одновременно ушел Стив Хау, несмотря на отличный тур, плохо представлявший себе перспективу совместной работы с Тревором Рэбином - слишком разный у них был подход к исполнению и сочинению музыки. А чуть позже группу покинул и Рик Уэйман, уже в третий раз предпочтя продолжить карьеру сольного исполнителя.
Таким образом, оставшиеся опять впятером Jon Anderson, Trevor Rabin, Chris Squire, Alan White и Tony Kaye приступили к работе над следующим альбомом. Если предыдущие 90125 и Big Generator были главным образом творчеством Тревора Рэбина, то в новом альбоме существенное участие принял Андерсон. Это был самый длительный период работы над записью, полные 18 месяцев с лета 1992 по зиму 1994, и альбом под названием Talk стал последним аккордом в рэбиновском периоде Yes. Парадоксально, что этот продукт совместного творчества Рэбина и Андерсона, кажется более рэбиновским по звучанию, чем предыдущие. Песенная мелодика, простота и последовательность в нем подавляюще преобладают над вольной, порывистой манерой Yes классического периода, что заставило многих поклонников старого Yes считать этот альбом худшим из всех, записанных группой, апогеем влияния Рэбина. Вместе с тем, впервые после классического периода появилась композиция большой длительности "Endless Dream", по многослойной форме напоминающая ранние работы Yes. Фирма Victory Records, которой управлял старый друг группы Фил Карсон (к тому времени ушедший из Atlantic), выпустила этот альбом в сложные времена: главенствующие направления в музыке стремительно завоевывали гранж и рэп. Возможно, это сказалось при реализации альбома; во всяком случае, продажи стали еще ниже, не дотянув и до полумиллиона, т.е. спустились до обычного уровня продаж альбомов Yes.

Отыграв тур Talk, группа в течение нескольких месяцев ничего не делала. Предыдущая работа над альбомами и непрерывные концерты забрали много сил, и Рэбин почувствовал, что он выложился полностью: полтора года он работал по 15 часов в день, будучи сочинителем, исполнителем и продюсером альбома. В итоге Рэбин принял решение оставить группу. Вслед за ним ушел и Тони Кэй, навсегда покинув мир музыки. Оставшиеся члены группы, Anderson, Squire и White, теперь прочно осели в Америке. Им было над чем подумать. Yes прошел долгий и сложный 25-летний путь. За это время были моменты высшего вдохновения, периоды тяжелого труда, мировая известность, был сумбур и противоречия, были внутренние разочарования и шумный успех, были личностные достижения при внешнем непонимании. За плечами остались сотни композиций и тысячи концертов. Сформировалась многотысячная армия поклонников на всех континентов земного шара. Группа пережила все, что можно было пережить. Для чего жить дальше? Андерсон, вечно стоящий одной ногой на земле, а другой - в облаке мечты, понял, что пора возвращаться к цели, ради которой создавался Yes. Цель эта проста: играть музыку для людей.

В 1995 году Андерсон поставил перед собой задачу возродить группу в первоначальном составе и войти в 21 век в образе того Yes, который заслужил любовь и преданность слушателей. Долгое время группа подчинялась законам шоу-бизнеса, фактически выполняя заказы продюсеров и звукозаписывающих компаний, настало время подчиняться собственным законам. Удивительно легко Стив Хау и Рик Уэйкман согласились присоединиться к идее. Группа съехалась в маленьком городе Sun Luis Obispo в Калифорнии и начала репетировать. В начале 1996 года было объявлено через Интернет, что в этом городке, в зале на 700 мест состоится концерт Yes в классическом составе. Несмотря на высокую цену, билеты были сметены за несколько минут. Концерт был рассчитан на старых поклонников и состоял исключительно из классических композиций, многие из которых группа не играла более 20 лет. Шоу прошли с громовым успехом и заставили фанатов воспрять духом: группа показала, что находится в блестящей форме. Результатом работы в SLO стал альбом Keys to Ascension - 2 CD, на которых кроме концертных исполнений были студийно записаны две новые композиции - "Be the One" и "That, That Is". Последняя 20-минутная пьеса была вполне достойна стать в ряд с классическими сюитами 70-х годов, поэтому эти новые сочинения еще более ободрили тех, кто ожидал от Yes возвращения в русло 70-х. "Be the One" отчасти явилась музыкальным манифестом, заявляющим отныне единство Yes.

Однако, разногласия в группе не закончились, и генератором дискуссий в очередной раз послужил Rick Wakeman. Ему не нравилось, что группа дает концерты в маленьких аудиториях и записывается на малоизвестной студии Castle Records. Ему вообще не хотелось принимать участие ни в каких турах, поскольку это приносит слишком много головной боли и слишком мало денег. Однако, представить себе Yes без концертов никто не смог, поэтому группа была склонна допустить скорее перспективу малых доходов, чем исключительно студийную работу. Уэйкмана удалось уговорить на доведение до конца работы над альбомом Keys to Ascension 2. Как и предыдущий, этот двойной альбом продолжал концертные записи SLO, но содержал несколько новых студийных вещей, из которых самой мощной, поразившей даже видавших виды пожилых поклонников Yes, стала 20-минутная композиция "Mind Drive".

Сведение "Keys to Ascension" целиком выполнил Стив Хау - возможно, со времени "универсала" Тревора Рэбина группа привыкла, что гитарист делает также и техническую работу, но Стиву это далось с большим трудом, и он высказал недовольство "бросившим" его одного в студии товарищам. Поэтому "Keys to Ascension 2" микшировал Билли Шервуд, гитарист и вокалист, бывший неофициальным членом Yes еще со времени Union. С этого времени он стал еще более близким к Yes человеком, и вскорости его приняли в официальный состав.

Успех обоих Keys to Ascension (всего 4 CD) получился несоизмеримо маленьким, благодаря отсутствию широкой рекламы и тура в поддержку записи. Впрочем, странно было бы устраивать концерты в поддержку концертных записей - альбомы на 2/3 состоят из них. Здесь вообще многое было странно с коммерческой точки зрения - смешение на одних и тех же альбомах концертных и студийных дорожек, отсутствие плана и спонтанность всех действий, которые путались с одновременной сольной работой музыкантов. Эти странности не устраивали практичного Рика Уэйкмана, и он опять ушел из группы; на этот раз он громко хлопнул дверью, заявив, что навсегда разочаровался в Yes.

Тем временем, совместными усилиями Криса Сквайра и Билли Шервуда созрел новый альбом, это был Open Your Eyes. Параллельно с работой над альбомом группа искала клавишника. Были варианты пригласить бывших участников Yes, таких как Патрик Мораз или Джефф Даунс, но Андерсон решил, что неплохо бы попробовать кого-то нового. Выбор остановился на малоизвестном в Америке музыканте из России Игоре Хорошеве. Он стал ассоциированным (т.е. неофициальным) членом Yes, и в этой роли фигурировал на альбоме Open Your Eyes и последовавшим концертным туром, причем Билли Шервуд к этому времени стал числиться в группе официально. Игорь получил классическое музыкальное образование в России и являлся горячим поклонником Yes с подросткового возраста. Живя с 1991 года в США, он работал в разных музыкальных областях - от должности церковного органиста до композитора музыки к компьютерным играм - пока судьба не свела его с Yes.

Выпуск нового альбома, "Open Your Eyes", был поддержан масштабным туром по Северной и Южной Америке, Европе и Японии, причем он был рассчитан на аудитории средних размеров (5000 - 10000 слушателей). Тур продолжался целый год с октября 1997 по окрябрь 1998 года, игрался большой набор старых композиций, которые встречались публикой особенно тепло. Сам альбом состоял из 11 сравнительно коротких пьес, в которых сочетались оба амплуа Yes - ранний арт-рок и средний хард-рок; тем не менее, на альбоме присутствовала объединяющая их гармония. Завершающая "The Solution" демонстрировала новую форму: мастерски имитированный звуковой природный ландшафт, поверх которого хор голосов короткими мощными "вспышками" пропевал отдельные музыкальные фразы.

В 1998 году произошло еще одно событие, которое не могло не повлиять на рабочий настрой группы. В Англии были выпущены записи сессий ВВС - концертов и живых студийных исполнений, которые Yes сыграл в 1969-70 годах в своем исходном составе. С тех пор, как эти записи были сделаны, группа не обладала правами на них, поэтому их распространение в среде поклонников было очень узким, полулегальным, а сами записи обросли легендами. Теперь эти отличные записи стали доступны всем, их свежесть и искренность заставила остро вспомнить юные годы. Ностальгические чувства направили дальнейшее развитие Yes в русло своего классического стиля и сориентировали на исполнение признанных шедевров из огромного запаса работ Yes.
Приближалась 30-я годовщина группы. Наблюдался явный крен в сторону концертной деятельности. Группа, к великой радости слушателей, "вспомнила" "Close To The Edge", фрагментами "Ritual" и "The Gates of Delirium" - благо за клавишами находился Хорошев, который, в отличие от Уэйкмана, согласен был играть что угодно и когда угодно. Однако, неугомонному Андерсону очень хотелось ознаменовать 30-летний юбилей и вхождение во второе тысячелетие новым альбомом.

Этот новый - 19-й по счету - альбом Yes начал записывать весной 1999 года в Канаде с продюсером Брюсом Фейрберном (Bruce Fairbairn), чем повергла поклонников в некоторое волнение. Дело в том, что Фейрберн был известным и опытнейшим профессионалом, но его работой всегда были альбомы групп "мейнстрима", таких как AC/DC, Kiss и Aerosmith. Предыдущий альбом "Open Your Eyes" синтезировал классический и популярный Yes, но по уровню был существенно ниже классических альбомов, при этом группа продюсировала альбом сама. Теперь же, когда музыкантов, пытавшихся возвратиться к собственным истокам арт-рока, направлял сильный поп-продюсер, непонятно было, чего ожидать. Но случилось так, что в разгар работы Брюс Фейрберн неожиданно умер во сне. Группа была шокирована и искренне скорбила - Брюс был почти сверстником музыкантов, но это событие послужило отчасти мобилизации усилий на завершение работы, которую посвятили его памяти.